Огрунд лежал и смотрел на звезды. Звезды были очень яркими и были так близко, что казалось достаточно протянуть руку и можно взять любую. Но руку он протянуть не мог, и это неприятное открытие натолкнуло его на мысль: «Чтоб меня орки съели, почему я лежу? И какого Кейна из моей таверны стало видно звезды?».
Старый тавернщик попытался мысленно восстановить события последних часов…
Днем прибыли Воинствующий Жрец с несколькими товарищами, откуда пришли и куда направляются, они не сообщили, держались настороже, но платили исправно.
Ближе к вечеру зашел отряд имперцев, они возвращались из дальнего дозора и как всегда заглянули к Огрунду переночевать перед последним переходом в военный лагерь. Их командир и предупредил, что они, кажется, видели в горах отряд Темных Эльфов.
- С проклятыми эльфами никогда ничего точно не знаешь.
Огрунд уже отбил несколько нападений и был уверен в своей полной безопасности, поэтому он поблагодарил командира за предупреждение и попросил небеспокоиться.
Среди солдат Империи один выделялся особенно изможденным видом и лихорадочным блеском глаз. Это был высокий воин с длинными черными волосами и густой щетиной, он постоянно кутался в свой плащ, хотя в помещении было жарко, и пылал камин. Несмотря на плачевный вид, Чернявый оказался общительным и задавал Огрунду множество вопросов о нем самом и его таверне. Сначала дварф охотно отвечал, но потом заподозрил неладное и собирался уже поинтересоваться причиной такого любопытства, когда Чернявый вышел во двор, отлить.
Через некоторое время на улице раздался взрыв, а за ним душераздирающий вопль, заглушивший вой ветра и заставивший содрогнуться даже самые отважные сердца.
Все кто был в таверне стали вскакивать со своих мест, хвататься за оружие, судорожно нацеплять снятые перед сном доспехи, поминать богов и материться одновременно. Жрец с парой своих людей выскочил во двор посмотреть на причину взрыва. Вскоре они вернулись, неся на руках тело, какого-то человека. Они положили его на стол – это был черноволосый воин. Некогда черные волосы практически полностью сгорели, кисти рук оторвало, а от одежды остались одни лохмотья. Столпившимся вокруг солдатам открылась страшная картина, все тело лежащего на столе человека было покрыто сетью шрамов, образующих зловещий рисунок, и гноящимися язвами. На шее умирающего был одет ошейник с острыми шипами, который медленно сжимался глубже врезаясь в кожу. Он пошевелил губами, пытаясь, что-то сказать. Огрунду пришлось наклониться к самым губам, что бы расслышать его слова:
- Они… уже… здесь…
- Чтоб меня орки съели. Кто уже здесь?
Ответом ему послужил мощный взрыв, потрясший все здание таверны, а за ним еще несколько слабее. Череда взрывов разнесла в щепки дубовую дверь, которой так гордился Огрунд, обрушила часть прилегающей к ней стены и солидный кусок крыши, похоронив под собой половину отряда имперцев. Находящихся внутри людей взрывом разметало по углам, Огрунд пролетел пол таверны и смачно впечатался в стойку бара. Он еще только поднимался на ноги, а сквозь образовавшийся пролом и завесу пыли уже врывались вражеские войны. Во дворе раздавался голос их командира:
- Соринка хватит! Оставь нам хоть кого-нибудь!
Оставшиеся в живых люди пытались организовать сопротивление.
- Темные Эльфы!
- Темные идут!
- Все на защиту! Дефим!
- Да поможет нам Зигмар!
- Рес у стены!
Оглушенные взрывом защитники были сметены лавиной эльфов. Старый тавернщик получив несколько ударов мечом, рухнул на пол, так и не выпустив из рук ножку стола, служившую ему оружием в этой схватке…
Огрунд лежал и смотрел на звезды. «Живу уже четыре столетия, а ни разу так долго на звезды не смотрел». Он осторожно повернул голову. Холодный свет звезд освещал картину страшного погрома, среди обломков стены и мебели лежали тела защитников, между ними ходили эльфы и добивали раненых. По значкам на одежде и фиолетовому цвету плащей, тавернщик попытался определить, кто же на них напал: «Чтоб меня орки съели. Мориквенди что ли? Только не эти! Великий Зигмар, кто угодно! Только не эти!»
В дальнем углу помещения, на чудом уцелевших стульях отдыхала пара Темных Чародеев, они о чем-то оживленно шептались. До Огрунда доносились лишь обрывки фраз:
- …у меня такой откат, ты бы видела…
- …криты один за другим так и пошли…
Дварф собрался с силами и пошарил рукой возле себя. Рука тут же вляпалась в какаю-то вязкую лужу, он поднес ее к глазам, что то темное. Огрунд осторожно облизал один палец – кровь, попробовал другой – пиво!
- Ха! Дела налаживаются!
- Господин Огрунд. Я рада, что Вы живы. Хотя уверяю Вас, Вы об этом еще успеете пожалеть.
Он со скрипом повернул голову в сторону говорящей. Ей оказалась высокая беловолосая Эльфийская Ведьма, это ее голос он слышал во дворе перед атакой. Она двинулась к нему, грациозно огибая обломки и аккуратно обходя или перешагивая трупы и лужи крови. Если бы Огрунд не был дварфом, он бы оценил ее фигуру и откровенный наряд, но он был дварф и поэтому не оценил. Остановившись возле ног дварфа, ведьма стала пристально и с любопытством его рассматривать.
- Кто Вы? – Огрунд старался говорить твердо, но голос предательски ослаб и прозвучал едва слышно.
- Меня зовут Моргенштерн. Я Лорд-Жрец клана Мориквенди. Уверена, Вы уже догадались, зачем мы здесь. У Короля–Чародя Малекита нет времени испытывать на себе Ваше знаменитое дварфовское упрямство. Всего этого – она обвела взглядом разрушенную таверну – можно было избежать, но Вы проигнорировали его щедрое предложение и вот итог.
- Чтоб меня орки съели!
- Ха-ха-ха. Ну, это Вам точно не грозит. Мы приготовили для Вас особенное развлечение.
В задней части таверны послышался какой-то шум, а затем с грохотом упала дверь, итак висевшая на одной петле. В образовавшийся проем вошел Черный Страж с ног до головы закованный в доспехи и изрядно забрызганный кровью.
- Убежали, разрази меня Кейн! – с яростью сообщил вновь пришедший. Он еще не отошел от горячки боя или всегда был таким нетерпеливым.
- Успокойся Корвус. Сядь. Отдохни. Ты прекрасно потрудился, судя по хозяину – ведьма кивнула на лежащего у ее ног дварфа. – А о сбежавшем Жреце не волнуйся. Ночь, холод и горы доделают то, что ты начал.
- Я спокоен и я не устал – Корвус наконец убрал меч в ножны и прислонил свой огромный щит к стене, но продолжал бросать вокруг гневные взгляды и сжимать кулаки.
- Корвус как всегда неудержим – сказала, подходя к нему, Соринка, старшая из двух чародеев – Пока в пределах видимости есть, хоть что-то живое он будет агриться.
Все эльфы, включая Корвуса, дружно рассмеялись, видимо это была старая тема для шуток.
На лестнице, ведущей в подвал и лабораторию, раздались торопливые шаги, и появился еще один эльф. От него пахло алхимическими ингредиентами, а на руках и одежде виднелись ожоги от кислоты. Брезгливо поморщившись при виде устроенной резни, он подошел к эльфийке:
- Мы все нашли. У мелкого засранца отличные запасы, там есть все, что нужно Королю-Чародею. Мародер не обманул нас.
- Очень хорошо Геро. Пусть орки начинают грузить. До рассвета надо убраться от сюда. Ведьма присела на корточки перед лежащим дварфом, теперь в ее взгляде не было прежнего любопытства, он стал холодным и жестоким – Вас ждет нескучная ночь, Господин Огрунд.
Она рассмеялась, ее смех пронзил дварфа сильнее ледяного ветра задувающего в разрушенную таверну с гор.
«Чтоб меня орки съели. Великий Зигмар, дай мне умереть достойно».
Отредактировано Моргенштерн (2009-03-16 23:07:07)
